ТЕРРОРИЗМ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ УКРАИНСКИХ НАЦИОНАЛИСТОВ  (1930 – 2014 гг.)

           Учитывая немалое число работ, посвященных истории украинского национализма, нами будет рассмотрена трансформация террористической деятельности радикальных украинских организаций до 1954 г., связанных с Организацией украинских националистов (ОУН). С середины 1990-х годов реинкарнация теоретических постулатов, идеологии и политической практики ОУН стала предвестником,  духовной предтечей и основой  новой украинской государственности, распространяемыми и пропагандируемыми Институтом национальной памяти Украины.

          ОУН была учреждена на конгрессе в Вене  28 января – 3 февраля 1929 г. путем слияния ряда  эмигрантских организаций, где был избран руководящий орган  – Провод украинских националистов (ПУН), обосновавшийся в Берлине. Основной целью ОУН провозглашалось образование Украинской Самостийной Соборной Державы на территории Польши и Украинской Советской социалистической республики (УССР). 

           Анализ деятельности украинских националистов с 1930-х годов по настоящее время выявляет следующее парадоксальное обстоятельство. Из 94 лет их истории, на протяжении почти шестидесяти лет значительное место в деятельности этих организаций занимали террор и терроризм. Первоначально, в 1930 – 1954, и в 1990 – 2013 гг.  антигосударственный политический терроризм, с февраля 2014 г. трансформировавшийся в государственный терроризм. Исключение в этой истории составляет  лишь период 1954 – 1991 гг., когда террористическая деятельность радикально настроенных лиц и групп на территории Украинской ССР была полностью искоренена. 

          В ниже приведенной таблице мы охарактеризовали особенности различных периодов террористической деятельности  радикальных украинских формирований, афиллированных с ОУН. При этом мы выделили 8 периодов применения методов террора радикальными украинскими националистами.

         Для характеристики особенностей того или иного периода мы выделили регион террористических проявлений, тип террористических действий, союзников террористического субъекта, сведя их для простоты восприятия в табличную форму, которая, однако, требует ряда предварительных пояснений. 

         В качестве субъекта террористических действий мы рассматриваем радикально настроенные нелегальные организации, действовавшие на определенной территории.

         Такими регионами террористических действий были в 1929-1939 гг. – территория Польши, в 1939-1941 гг. – территории образованного оккупантами «генерал-губернаторства» и Украинской Советской Социалистической Республики (УССР);  в 1941-1943 гг.  – временно оккупированные территории Советского Союза; в 1944 – 1954 гг. –  территория УССР.

          В соответствии с принятой в настоящее время классификацией, террористическая деятельность ОУН являлась актами внутреннего антигосударственного терроризма. Внутренний, точнее – внутригосударственный, терроризм проявляется в пределах  одного государства и выражается в форме преступлений против личности, групповых убийств, массового уничтожения граждан, саботажа по всей стране. По своим целям он, как и любой политический терроризм, был направлен против политики и для оказания устрашающего воздействия на представителей польского государства.

          Сложнее обстоит дело с квалификацией действий украинских националистов 1941 – 1944 гг. С одной стороны, они были направлены против их политических противников, что является характеристикой терроризма политического. С другой стороны, они отражали преданность оккупационным властям и в этом качестве выступали как проявления государственного терроризма по отношению к собственному народу.

          Союзниками же украинских националистов в разные годы выступал ряд иностранных государств – Германия (в 1930 – 1944 гг.), Великобритания и США (1945 – 1960 гг.), США, Великобритания и Европейский союз (2014 – по настоящее время).

          ТАБЛИЦА ХРОНОЛОГИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЕЙ

ТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ УКРАИНСКИХ НАЦИОНАЛИСТОВ

№№ п/п	Годы	Регионы действий	Классификация тер. проявлений	Союзники
1	1930 – до IX  1939 г.	Польша	Внутренний,антигосударственный	Германия,  абвер
2	IX 1939 – 22.VI 1941	Генерал — губернаторство, Украинская ССР	антигосударственный	Генерал-губернаторство – Украинская ССР
3	1941  — Х1943 г.	Временно оккупированные территории СССР, Генерал-губернаторство	политический,   государственный	Германия, ГФП, абвер
4	1944 — 1948	Польша, УкраинскаяССР	антигосударственный	Германия, Англия, США
5	1949-1954	Украинская ССР	антигосударственный	США, Англия
6	1990-2013	Украина	антигосударственный	США, Канада, Германия
7	2014 –2019	Украина	государственный	США, ЕС, Англия
8	2019 –2025	Украина, Россия	государственный,  международный	США, ЕС,Англия

          При этом поясним, что под государственным терроризмом понимается форма отчуждения собственного населения внутри страны, подавление антиправовыми, силовыми способами и методами его воли противостоять тираническому режиму под угрозой преследований или физического уничтожения. Крайней формой государственного терроризма является геноцид  [1]. 

          Международный терроризм представляет собой совершение террористических или диверсионных актов органами или должностными лицами одного государства на территории другого государства, или в отношении объектов этого государства на территории третьих стран.

          Коротко охарактеризуем выделенные  нами периоды трансформации террористической деятельности. Начало 1930-х годов отмечено значительной активизацией антипольской террористической деятельности ОУН, включая, помимо пропагандистской и организационной работы, также саботаж, совершение диверсионных и террористических актов – 22 марта 1932 г. убит начальник «украинского отдела» полиции Львова Чеховский, а 15 июня 1934 г.  – убит министр внутренних дел Польши Б. Перацкий.

          Как отмечал украинский историк Д.Г. Веденеев, только с 15 сентября 1938 г. по 15 марта 1939 г.,  в Польше прошли 397 демонстраций украинцев, 47 саботажных и 34 террористических акции. За 8 месяцев 1939 г. оуновцами были совершены 63 теракта, в которых погибли 63 человека, в том числе 36 украинцев, подозревавшихся в сотрудничестве с «ляхами» [2].

          В 1938 г. была проведена реорганизация военной разведки Германии – абвера, в частности, относительно активизации его разведывательно-подрывной работы против Польши и СССР.

          К сентябрю 1939 г.  незаконные вооруженные формирования ОУН в Польше имели свыше 7 тысяч «бойцов», принявших участие в диверсиях против польской армии в период германской агрессии.    

          В конце сентября  того же года ближайший к Украинской ССР зарубежный центр ОУН оказался в Кракове, в образованном оккупантами на территории Польши генерал-губернаторстве. Однако здесь же располагался и главный периферийный орган военной разведки Германии  на востоке  «Абверштелле (АСТ)  «Краков», в составе которого имелись разведывательный, диверсионный и контрразведывательный отделы. Одной из основных задач  АСТ «Краков» стала  организация разведывательно-подрывной работы против СССР с территории Польши [3].

           Для подрывной работы против СССР абвер широко использовал членов ОУН и других украинских организаций. В 1940 г. АСТ  «Краков» создал целую сеть украинских «учебных лагерей». В тоже время ОУН сохраняла и некоторую автономность от оккупационных властей. В частности, в марте 1940 г. она раскололась на две противоборствующие фракции: «бандеровцев» (сторонников радикального руководителя краковского «провода ОУН»  С.А. Бандеры), и «мельниковцев» (сторонников руководителя берлинского ПУН А. Мельника – агентурный псевдоним в Абвере «Консул – 1») [4].        

          «Краковский провод» имел отделы: военный (его возглавлял С.А. Бандера), пропаганды (М.К. Лебедь, он же «Максим Рубан»), культурно-просветительский, а также бюро регистрации, бюро помощи беженцам (В.С. Кук, он же «Лемиш») и другие. 

          Между берлинскими и краковскими лидерами ОУН существовала жесткая конкуренция, в том числе и за «материальную помощь» германских властей.  Обладавший немалыми амбициями, С. Бандера претендовал на большее влияние в националистическом движении, в связи с чем между ним и А. Мельником сложились неприязненные отношения.   Мы не будем подробно останавливаться на истории противоборства названных лидеров ОУН, отметим лишь, что она вела к многочисленным жертвам с обеих сторон [5,  Т. 1, Кн. 1, СС. 172-187]. Как отмечает Д.Г. Веденеев, только к июню 1941 г. в результате  междуусобной борьбы были убиты около 400 «мельниковцев» и до 200 «бандеровцев». А к 1944 г. было уничтожено до 4 тысяч «мельниковцев» [2, CC. 49,80]. 

         В мае 1941 г. в разведывательно-диверсионных школах абвера в местечках Дукла, Каменица, Барвинек, Закопане и Пищаны (Словакия) одновременно военную и разведывательно-диверсионную подготовку проходили 700-800 бандеровцев и в Кринице – 120-150 мельниковцев. Занятия проводили инструктора  диверсионного полка абвера «Бранденбург 800». Тогда же из числа курсантов были сформированы диверсионно-  карательные отряды «Нахтигаль» («Соловейко») и «Роланд».

          Подготовка разведывательно-диверсионной  агентуры также осуществлялась на конспиративных квартирах в Кракове, где, в частности, была подготовлена и группа из 45 радистов, обучение  «квалифицированной» агентуры проводилось в местечке Алензее (земля Брандербург, недалеко от Берлина).

           Однако, помимо предоставления абверу кадров для выполнения разведывательных заданий, «Краковский провод» также направлял  эмиссаров-организаторов,  разведчиков и курьеров для активизации националистической и разведывателно-подрывной деятельности в западных областях Украинской ССР в интересах ОУН. Так, еще в конце февраля 1940 г. была направлена первая группа «организаторов подпольной борьбы», а в начале марта 1941 г. на Волынь была направлена группа из 40 эмиссаров, 12 марта – третья группа.

         Для подготовки вооруженного восстания на Украине, 10 марта 1940 г. Краковский «провод» ОУН организует «Повстанческий штаб», который принимает  «Единый генеральный план» этого выступления [6, Т. 1, СС. 22-58].   Парадоксальным образом в дискуссиях об истории ОУН-УПА данный документ не привлек внимания исследователей. Однако украинским чекистам его содержание стало известно уже к августу 1940 г.

          В указании наркома внутренних дел УССР И.А. Серова руководителям областных управлений НКВД  от 29 мая 1940 г.  подчеркивалось: «Имеющиеся в нашем распоряжении материалы свидетельствуют о том, что закордонное ОУНовское руководство проводит на нашей территории большую работу по восстановлению организаций ОУН, по превращению таковых в террористические группы, широко использует кадры ОУН, временно отошедшие от работы за последние годы» [6, Т. 1, С. 21].

         Отношения между украинскими националистами и абвером не исключали и разногласий. Так, вопреки стратегическим замыслам вермахта, ОУН планировала начать восстание на Украине в декабре 1940 г., а после  провала этого замысла, дата начала восстания была перенесена на май 1941 г.

          6 августа 1940 г.  народный комиссар внутренних дел Украинской ССР И.А. Серов информировал НКВД СССР: «основной задачей Краковского центра ОУН в настоящее время является накопление ОУНовских кадров путем проведения широкой вербовочной работы на территории СССР» [6, Т. 1, СС. 61-64].

         11 августа в Москву был отправлен обстоятельный «Доклад о деятельности ОУН в Германии (По состоянию на 5 августа 1940 г.)». Сегодняшнему украинскому руководству следует знать и помнить, что «руководство ОУН, при непосредственном участии и помощи немецкого командования, формирует из украинской националистически настроенной молодежи военизированные отряды и части т.н. «Украинской армии»… вербуя молодежь в «Украинские таборы» — школы, дружины и курсы, где под руководством немецких офицеров проводится усиленная военная подготовка».

          Отдельный раздел доклада именовался «Связь ОУН с разведорганами Германии и их деятельность». Приведем только несколько выдержек из этого раздела: «В настоящее время шпионско-террористическая и диверсионно-повстанческая работа ОУН приняла особо широкие размеры. Агенты, эмиссары, курьеры и бандиты, перебрасываемые на советскую сторону, как правило, получают задания по сбору шпионских сведений, интересующих немецкую разведку. В последнее время ОУН в Германии по заданию немецких разведывательных органов контактирует свою деятельность против СССР с другими украинскими и русскими белогвардейскими организациями. В частности такой контакт в ОУН налаживается в Берлине с руководителем «РНК» (Русский национальный комитет)…

          Краковская экзекутива систематически формирует и перебрасывает в СССР вооруженные бандгруппы для повстанческой, террористической и шпионской работы. Пунктами их формирований являются Краков и Белзе, где организованы специальные школы по подготовке этих кадров, как из мужчин, так и женского состава…   Наиболее активные из них и зарекомендовавшие себя направляются в офицерскую школу ОУН, где готовятся руководители вооруженных банд»  [6, Т. 1, Кн. 1, СС. 69-77].

         По данным НКВД УССР, к сентябрю 1940 г. оуновское подполье в Западной Украине насчитывало около 5,5 тысяч активных членов и до 14 тысяч «симпатиков». Только в 1940 г. произошло 95 боестолкновений между советскими пограничниками и боевыми группами ОУН, в ходе которых были убиты 82, ранены 41 и задержаны 387 нарушителей границы. Однако 111 оуновцев сумели прорваться в УССР, а 417 – за границу. С 1 января по 15 февраля 1941 г. на Западной Украине были ликвидированы 38 групп ОУН с 273 участниками, задержаны 747 нелегалов, убиты 82 и ранены 35 оуновцев. При этом погибли 13 и ранения получили 30 сотрудников НКВД.     

          В обзоре 3-го управления НКГБ СССР об антисоветских проявлениях и важнейших  происшествиях в апреле 1941 г.  отмечалось: «было зарегистрировано: террористических актов – 47; бандитских проявлений оуновцев-нелегалов – 21; выпуск анонимных антисоветских документов – 417. Преобладающее большинство активных антисоветских проявлений, как и в марте, имело место в западных областях УССР. Усиление активности оуновцев-нелегалов и их бандитских формирований в апреле выразилось в совершении 38 террористических актов против советского актива, 3 поджогов, 7 налетов на кооперативы и сельсоветы с целью ограбления. При этом было убито: 8 председателей сельсоветов, 7 председателей правлений колхозов, 3 комсомольских работника, 5 работников районного совпартаппарата, 1 учительница, 1 директор школы и 16 колхозников-активистов. Ранено: 5 работников районного совпартаппарата, 2 комсомольских работника, 1 председатель кооператива и 11 колхозников-активистов» [7 Т. 1, Кн. 2, СС. 194-197].

          В следующем обзоре за май 1941 г. аналитики 3 управления НКГБ СССР отмечали: «наибольшую активность продолжают проявлять антисоветские организации украинских националистов на территории западных областей УССР. Открытая антисоветская деятельность ОУН выразилась в совершении ряда террористических актов и других форм расправы над низовым советским, колхозным и сельским активом. Всего за май по западным областям Украины учтено 58 случаев террористических актов, в результате которых убито 57 человек и ранено 27…».

          На 15 июня 1941 г. имелись данные о наличии в Западной Украине 77 бандгрупп с 366 участниками, 51 из них с 274 участниками – оуновские [7, Т. 1, Кн. 2,  С. 240]. Вот на фоне каких событий 18 июня нарком госбезопасности Украины П.Я. Мешик информировал первого секретаря ЦК КП(б)У Н.С. Хрущева, что в результате проводившейся органами НКГБ с 4 июня  операции в западных областях арестованы 2 215 члена ОУН, в том числе 757 «нелегалов».

         Как известно, 30 июля 1941 г. украинские националисты поторопились провозгласить во Львове «восстановление Украинской державы».          Несмотря на то, что оккупационные власти запретили малейшие упоминания о провозглашенной «украинской державе», сотрудничество националистов с оккупационным режимом продолжалось. Так, в апреле 1943 г. на призыв вступать в вафен-СС откликнулись 82 тысячи украинских добровольцев; правда, абвером из их числа были отобраны только 14 тысяч новобранцев дивизии «Галичина». 

          Помимо этого, до начала 1943 г. из числа националистически настроенных лиц было сформировано 80 батальонов вспомогательной полиции («шуцманшафт»), численностью около 50 тысяч человек.

          По данным киевского Национального музея Великой Отечественной войны, за годы оккупации только на Украине эти полицейские формирования около 300 сел. А действовали они и на иных территориях: 11 марта 1943 г. 118-й украинский полицейский батальон уничтожил белорусскую деревню Хатынь. Только в Белоруссии на счету украинских полицейских свыше 120 тысяч мирных жителей и 200 сожженных  деревень. 31-й батальон шуцманшафт участвовал в подавлении Варшавского восстания 1944 г.

          А на призыв С. Бандеры вступать в «Украинскую повстанческую армию» (УПА) откликнулись лишь около 5 тысяч украинских полицейских (датой образования УПА считается 14 октября 1942 г.).

          В отличие от уклонения от борьбы с оккупантами, УПА  активно вступала в боевые действия против частей РККА: «только с июля по октябрь 1944-го в Волынской области УПА нанесла 800 ударов по армейским тыловым объектам» [8, Т. V, кн.  1, СС. 282-283].

         В тоже время, из УПА шел отток («дезертирство») кадров,  разочаровавшихся в ее целях, лозунгах, обмане принудительно мобилизованных. Однако «служба беспеки» (СБ) ОУН вела «беспощадную борьбу» с «национал-предателями» и заподозренными в сотрудничестве с советскими властями. Например, в отчете референтуры СБ военного округа УПА «Загрива» за 15 сентября – 15 октября 1943 г. сообщалось, что были ликвидированы 50 «сексотов НКВД», 18 коммунистов, 5 немецких информаторов, 33 поляка, 2 немца, еврей и … голландец. К маю 1945 г. «беспекой» ОУН были уничтожены до 40 «повстанческих» командиров УПА [2, CC. , сс. 67-71, 96, 113-114].

           По советским данным, на 1 апреля 1946 г. в УПА осталось 3 735 «штыков». С 1 января по 1 августа 1953 г.  на Украине было отмечено всего 17 акций подполья, в том числе 9 терактов (9 убитых и раненых) и 14 случаев распространения листовок. Однако чекистами признавалось, что «состояние агентурной работы продолжает оставаться неудовлетворительным», вследствие чего предусматривались «решительные меры к розыску и ликвидации в ближайшее время членов т.н. «Центрального Провода» ОУН, для чего создавались оперативные группы во главе с начальниками управлений МГБ.

          Еще в апреле 1953 г. В. Кук сообщал на Запад: «Положение организации в целом катастрофическое… Руководящие кадры ликвидированы. Вся работа состоит в самообеспечении и сохранении на лучшие времена… Длительная подпольная жизнь изнурила даже сильнейших, нервное истощение, физическое переутомление, болезни и раны».

          А 23 мая следующего года в ходе оперативного мероприятия «Западня» был арестован В. Кук и его жена. Этот день украинский историк Д.Г. Веденеев назвал днем  ликвидации организованного националистического подполья на Украине.

         Согласно справке КГБ УССР 1973 г., в 1944 – 1953 гг. ОУН и УПА совершили 4 904 террористических актов, 195 диверсий, 457 нападений на истребительные батальоны из сельского актива, 645 нападений на колхозы, органы власти и заведения социально-культурной сферы, 359 вооруженных «экспрориаций». За эти годы безвозвратные потери советской стороны в боестолкновениях и от «бандпроявлений» составили 30 676 человек. Среди них  — 860 детей, стариков и домохозяек, 1 931 – представитель интеллигенции, 676 – рабочих, 15 355 – колхозников и крестьян,  314 – председателей колхозов,   207 – комсомольских работников,   251 –  коммунист,  2 732 – представителей органов власти,    2 590 – бойцов истребительных батальонов,    3 199 – военнослужащих,  1 864 – сотрудника МВД,    697 – сотрудников органов госбезопасности [2, CC. 119-120, 147].

          Cтремительное возрождение радикального украинского национализма на Украине началось на Львовщине примерно с 1988 г. Именно здесь возникли такие ультранационалистические структуры,  как «Народный рух Украины» (НРУ), «Варта руха» (ВР), Украинская национальная ассамблея (УНА) и Украинская национальная самооборона (УНСО), из которых вышли многие руководители государственного переворота ноября 2013 – февраля 2014 г.  И многие их действия подпадали под понятие антигосударственного терроризма (включая поджог зданий управлений СБУ 19 февраля 2014 г. во Львове и Ровно).

            Именно последние УНА – УНСО во время «майдана незалежности» и заложили в декабре 2013 г. основу для образования «Правого сектора» (ПС). (17 ноября 2014 г. Верховный суд Российской Федерации признал ПС экстремистской организацией и запретил ее деятельность на территории России) [9, CC. 120-125].

          12 марта 2014 г. указом и.о. президента Украины А.В. Турчинова была учреждена «национальная гвардия», в которую вступило немало членов выше названных радикальных националистических организаций. Именно эти подразделения начали террор и иные действия, представляющие преступления против человечности, против жителей Луганской и Донецкой областей.

          Так завершилась трансформация террористических действий радикальных националистических организаций в политику  государственного терроризма по отношению к собственному населению. А в 2022 г. он дополнительно приобрел квалифицирующие признаки международного терроризма.   

         Литература:

         1. Махненко С.И., Сыпченко А.Н. Типология терроризма и характеристика отдельных типов террористических актов. // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки: Научный журнал, Краснодар, ООО Наука и образование, 2019, № 8, СС. 54-59. // https://cyberleninka.ru/article/n/tipologiya-terrorizma-ponyatie-i-harakteristika-otdelnyh-tipov-terroristicheskih-aktov/viewer. (Дата обращения 03.04.2023).

2. Веденеев Д.Г. Одиссея Василия Кука: Военно-политический 

портрет  последнего командующего УПА.  Киев: К.И.С., 2007. – 208.

           3. Структура и деятельность органов германской разведки в годы Второй мировой войны. Симферополь: Б.и., 2011. – 658. https://docs.historyrussia.org/ru/nodes/224021 (Дата обращения 12.11.2022).

           4. Подробнее см.: Хлобустов О.М. За «самостийную соборную державу»: Террор и коллаборация в арсенале украинских националистов. // Журнал российских и восточноевропейских исторических исследований. М., 2020, № 4 (23),  194-224. // https://cyberleninka.ru/article/n/za-samostiynuyu-sobornuyu-derzhavu-terror-i-kollaboratsiya-v-arsenale-ukrainskih-natsionalistov/viewer.

           5. Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Сборник документов. Том 1. Накануне. Книга 1 (ноябрь 1938 — декабрь 1940). — М.: А/О «Книга и бизнес», 1995. – 470.

          6. Роман Шухевич у документах радянских органiв державноi безпеки (1940 – 1950). Киiв: Сергийчук П.П., 2007. – 640. 

          7. Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне.  Сборник документов. Том I. Накануне. Книга 2. (1 января – 22 июня 1941 г.). – М.: .: А/О «Книга и бизнес», 1995. — 406 с. 

          8. Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Сборник документов. Том V. Книга 1. Вперед на Запад. (1 января – 30 июня 1944). М.: Кучково поле, 2007. – 728 .

           9.  Крашенинникова В.Ю., Суржик Д.В. Украинский национализм на службе Западу. М.: Кучково поле, 2023. – 144.    

Материал подготовил Хлобустов Олег Максимович, эксперт Фонда национальной и международной  безопасности.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.