«Циклон» над  Афганистаном

          15 февраля, в день завершения вывода подразделений Ограниченного контингента Советских войск из Демократической республики Афганистан, в России отмечается день памяти воинов-интернационалистов.

          Вспомнить о событиях той поры необходимо еще и потому, что последние годы в СМИ много говорится о «гибридной войне» и о прокси-войне, ведущейся против России в связи со специальной военной операцией. А ведь впервые прокси-война против нашей страны и опыты гибридной войны приходятся именно на 1980-е годы.

          Имеется ввиду операция «Циклон», осуществлявшаяся Государственным департаментом, Центральным разведывательным управлением и министерством обороны США. До 2014 года она являлась самой  продолжительной, самой масштабной и самой дорогостоящей из программ, когда-либо реализовывавшихся американскими специальными ведомствами. Она была направлена против Советского Союза и длилась с 1978-го по 1989-й год.

        27 апреля 1978 года в Афганистане, как известно, произошел военно-государственный переворот, оказавшийся неожиданностью для многих, в том числе для руководства СССР. Один из сотрудников, который работал в советской резидентуре в Кабуле, подчеркивал, что до того момента политическая ситуация в стране длительное время оставалась стабильной и работа нашего загранаппарата там не относилась к числу первоочередных приоритетов разведки. В соответствии с политической линией ЦК КПСС, направленной на поддержку левых демократических сил в несоциалистических государствах, перед советскими учреждениями в Кабуле стояла задача сотрудничества с Народно-демократической партией Афганистана. Кремлевское руководство предлагало ее лидерам не торопиться проводить социалистические преобразования и пропагандировать соответствующие лозунги, понимая, что в стране с многоплеменной структурой и слабо развитой экономикой это вряд ли сразу будет положительно восприниматься подавляющим большинством населения.

           Однако 17 апреля был убит один из лидеров НДПА Акбар Хайбар, и во время его похорон на улицы Кабула вышли свыше 20 тысяч афганцев. Этот размах протестных выступлений напугал президента Афганистана Мухаммеда Дауда, и он решил нанести удар по НДПА, арестовав наиболее активных ее участников. Однако военное крыло этой партии сыграло на опережение. Те вожди НДПА, кто мог быть арестован, организовали переворот. Дауд был застрелен в собственном дворце, а в Кабуле объявили о совершении социалистической революции. 

          Следует  подчеркнуть, что, вопреки звучащим порой суждениям,  СССР не был инициатором всех этих событий. И при предыдущих афганских руководителях отношения между нашими странами были достаточно ровными и развивались по линии различных видов сотрудничества: подготовки афганских студентов, повышения квалификации, в том числе и военных специалистов, в образовательных учреждениях Советского Союза, плюс поставки различного оборудования, вооружения.
        После госпереворота в Кабуле, названного Саурской революцией, Кремль оказался в трудной ситуации: Признавать ее или не признавать? Поддержать НДПА, заявившую об избрании «социалистического пути развития страны», или нет? Решили в конце концов, что следует помочь «афганским товарищам».

           Председателем Революционного совета и премьер-министром Афганистана был избран лидер фракции Хальк («Народ») Нур Мохаммад Тараки. А еще одним влиятельным министром (иностранных дел, обороны, а с 13 сентября 1979 г. и премьер-министром стал его ученик Хафизулла Амин. Он не просто сместил с премьерского поста Тараки, но и отдал тайный приказ задушить находящегося под домашним арестом экс-премьера.

          Нельзя не сказать и о том, что провозглашенная программа реформ вызвала не только непонимание, но и серьезное сопротивление разноплеменного населения отсталой и бедной страны. Антиправительственные настроения также подогревались эмигрантами, осевшими в Пакистане еще при Мухаммеде Даудде и даже его предшественнике короле Захир-шахе.

          Уже в июле 1978 г., вследствие ошибок и значительных перегибов в политике, о чем советское руководство информировалось разведкой КГБ и ГРУ,  вспыхивают первые антиправительственные вооруженные выступления в провинциях Бадахшан, Бамиан, Кунар, Пактрия,  которые жестоко подавлялись властями.  Вследствие этого уже к лету  следующего года в Пакистане появились до 400 тысяч беженцев из северных и центральных провинций ДРА. Столь многочисленный контингент недовольных кабульским правительством не мог не привлечь внимание Межведомственного разведывательного управления Пакистана (ISI, Inter-Services Intelligence). Не оставались в стороне и представители ЦРУ в регионе. Они имели осведомителей как в эмигрантских кругах, так и в самом Афганистане.

        В июне 1979 г. президент США Джимми Картер секретным указом выделил на поддержку афганской оппозиции, находящейся на территории Пакистана, 500 миллионов долларов, очень большую по тем временам сумму.
          Впоследствии бывший помощник американского президента по национальной безопасности Збигнев Бжезинский не скрывал, что усилия США по вовлечению СССР в дорогостоящий и отвлекающий от действий на других направлениях военный конфликт в Афганистане были инспирированы именно им и Картером. Вот цитата из интервью Бжезинского французскому журналу Le Nouvel Observateur: «Мы не толкали русских вмешиваться, но мы намеренно увеличили вероятность того, что они это сделают. Секретная операция была отличной идеей. Ее результатом стало заманивание Советского Союза в афганскую ловушку…»
          О роли Бжезинского и его «шефа» в развертывании антикабульской деятельности свидетельствуют даже названия интервью помощника по нацбезопасности. Например, интервью 15 января 1998 года журналу Counter Punch называлось «Как Джимми Картер и я положили начало моджахедам».

          При этом афганцы неоднократно злоупотребляли доверием, пытаясь скрывать от советских представителей–дипломатов и советников всех рангов, и репрессии против духовенства и представителей различных племен, и  факты внутрипартийных преследований. Позднее, к лету 1979 г., от идейно-тактических разногласий,  дело дошло не только до уголовного преследования и арестов представителей фракции «Парчам», но и до их физической ликвидации.

         Масштабы репрессий возрастали по мере утверждения личной власти Хафизуллы Амина, который в качестве министра обороны неоднократно обращался к СССР с просьбами о военной помощи. 

          В конце октября 1979 г., после того как членам Политбюро ЦК КПСС была показана кинопленка, на которой был запечатлен факт тайного удушения Тараки, в кремлевском руководстве возобладало мнение, что «перегнувшего палку» Амина необходимо отстранить от власти. 

          Принимая такое решение, учитывали нарастающую исламизацию всего региона Среднего Востока, активизацию антиафганской деятельности пакистанских спецслужб, а также увеличение бандформирований исламской оппозиции в Афганистане.

          Как известно, 25 декабря 1979 г. на территорию Демократической республики Афганистан был введен Ограниченный контингент Советских войск, а 27 декабря спецгруппы  КГБ «Зенит» и «Гром» сместили Х. Амина.

          Фактически операция «Циклон» началась 28 декабря 1979 г. с передачи  Бжезинским Картеру следующего меморандума (рассекречен 2001 г.):
        «Соображения о советском вторжении в Афганистан. 

         Мы не слишком должны тешить себя надеждой о развитии событий по вьетнамскому сценарию… Очень важно, что сопротивление в Афганистане продолжается. Это будет означать для нас больше расходов и больше оружия, предоставляемого для повстанцев, а также предоставление им необходимой советнической помощи. Для претворения этого пункта в жизнь мы должны дать гарантии Пакистану и убедить его в необходимости оказывать помощь повстанцам. Нам следует также подтолкнуть Китай на оказание помощи повстанцам. Нам нужно договариваться с исламскими странами в области пропаганды мероприятий и компаний тайных операций по оказанию помощи мятежникам… В мировой политике ничто не бывает более эффективным, чем фактические результаты вне зависимости от моральных аспектов…».

          Комментируя упомянутый документ британская The Guardian в день 30-летия его появления, 28 декабря 2009 года, писала: «Решение Америки обострить эту войну имело и другие эффекты, которые стали ясны лишь позднее. Оно привело в Афганистан и Пакистан десятки тысяч иностранных боевиков… Эти иноземцы привезли с собой жесткие формы исламского фундаментализма, до того почти не известные в Афганистане».
          Отметим, что сегодня значительная часть западных аналитиков признает: США и их союзники во многом повинны в искусственном синтезировании и фактическом взращивании гомункула исламского экстремизма и терроризма.

           Уже в самом начале 1980 г. США удалось сколотить международную коалицию по поддержке антикабульских сил — тех самых моджахедов, «воинов Аллаха». Очень интересен состав коалиции: в нее входили до 20 стран. Прежде всего Пакистан, США, а также Великобритания, Саудовская Аравия, Египет, Кувейт, Катар, Объединенные Арабские Эмираты, Израиль, Китай… Настолько различны были члены этой «двадцатки» по своему геополитическому тяготению! Китай вообще позиционировал себя как социалистическое государство, но тем не менее, исходя из собственных интересов, оказывал поддержку антисоциалистическим силам, действующим на территории Афганистана. Также весьма странным выглядит сотрудничество в рамках коалиции Израиля и мусульманских стран, которые формально находились в состоянии войны с ним.

           На первоначальном этапе – 1980–1981 гг. Египет и Израиль предоставляли моджахедам оружие, боеприпасы. Военное обучение повстанцев происходило в специальных тренировочных лагерях на территории Пакистана, а также Шотландии. А затем отряды подготовленных и вооруженных боевиков переправляли на территорию Афганистана для борьбы с кабульской армией и с ограниченным контингентом советских войск, находящимся в этой стране.

          Следует еще уточнить, что «воины Аллаха» получали советское оружие. Это остатки запасов египетской армии, которая к описываемому времени уже начала переходить на западные образцы. А плюс к тому трофеи, захваченные Израилем в период так называемой войны Судного дня в 1973–м. Причем речь шла отнюдь не о бескорыстной помощи: за передаваемые ими арсеналы с коллегами по коалиции расплачивались США, на что американская сторона расходовала часть средств, выделенных на проведение операции «Циклон» (30 млн долларов только до сентября 1980 г. А к 1978 г. расходы на «Циклон» возросли в 21 раз и составили 610 млн. долларов).

          Значительную роль в акциях идеологических диверсий против военнослужащих советских частей, находившихся на территории Афганистана, — а это изготовление листовок на русском языке, распространение их и даже ведение радиотрансляций на русском языке — сыграл свежеиспеченный израильский гражданин Эдуард Кузнецов. Вряд ли сейчас кто-то помнит такого человека. В 1971-м его приговорили в СССР к высшей мере наказания за попытку угона самолета, однако потом помиловали.  Кузнецов 7 лет находился в заключении, а затем ему разрешили выехать за границу: воздушный пират был обменен, наряду с некоторыми другими лицами, осужденными в Советском Союзе. Вот какие одиозные персонажи помогали антикабульским силам. 

          Что касается американцев, то одним из важных персонажей в организации действий афганской оппозиции был главный резидент ЦРУ в Исламабаде Милтон Бёрден. Другой американский резидент Марк Сейджман находился в Пешаваре и, по его признаниям, оказывал материальную поддержку руководителям так называемого «альянса семи», который являлся основным двигателем антикабульской контрреволюции. То есть все эти семь партий оказались на американском содержании. «Время от времени я каждой из них выдавал энную сумму в долларах, и их очень интересовало, а не досталось ли кому-то из соратников по альянсу больше? — вспоминал потом Сейджман. — Я прекрасно понимал, что это головорезы и никакие не демократы, но тем не менее указания были именно таковыми: поддерживать их».

        К началу июня 1980 г.  было освоено 10 миллионов, еще 20 миллионов предполагалось израсходовать до 30 сентября. В отчете ЦРУ указывалось, что эта сумма пошла на закупку и доставку из Египта в Пакистан, а оттуда антикабульским силам, доставлено 4 000 автоматов АК-47 и около 16 миллионов патронов к ним. До 30 сентября планировалось закупить и передать еще 6,5 тысячи автоматов и свыше 16 миллионов патронов. Кроме того, большое количество другого вооружения, в том числе гранатометов РПГ-7. Правда, на первом этапе моджахеды получили только 50 таких гранатометов и 150 выстрелов к ним, но на втором этапе планировалось снабдить их полутора сотнями РПГ — 7. Почему я упоминаю о данном оружии? Потому что оно очень эффективное. Как показал опыт вьетнамской войны 1964 – 1973 гг., такие РПГ могли применяться и по воздушным целям, особенно по вертолетам.

          Что касается американских гранатометов, то их было поставлено гораздо меньше. Конкретно: до 5 июня 1980 года — только 5 штук и 15 выстрелов к ним. А на второй транш планировалось выделить еще 15 гранатометов и порядка 75–80 выстрелов к ним.  Нежелание предоставлять американское оружие объясняется приверженностью ЦРУ методу «достоверного отрицания причастности».

         Зато были переданы американские портативные радиостанции, так называемые «воки-токи», и более тяжелые базовые радиостанции, которые позволяли обеспечить взаимодействие целой сети передатчиков, то есть покрывать оперативной радиосвязью значительные территории. Такая техника — громадное подспорье моджахедам, развязавшим партизанскую войну.

          Операция «Циклон» была настоящей прокси-войной, которую США перепоручили пакистанской ISI (Inter-Services Intelligence), афганским моджахедам и представителям других мусульманских стран, отправлявшихся  туда в качестве добровольцев. Эта война сопровождалась не только обычными информационно-пропагандистскими акциями, в том числе по линии ООН, по линии европейских государств, но использовалось еще и экономическое давление на СССР. Прежде всего здесь следует упомянуть переговоры американцев с руководством Саудовской Аравии, целью которых являлось снижение цен на нефть ради нанесения максимального ущерба экономике Советского Союза.

        20 января 1981 г.  Картера в Белом доме сменил Рональд Рейган. При нем операция «Циклон» обрела еще большие мощь и размах. Сразу после инаугурации Рейган поручил специальной группе планирования национальной безопасности во главе с вице-президентом Джорджем Бушем, бывшим директором ЦРУ, разработать стратегию противоборства с СССР. Предполагались акции, осуществляемые не только ЦРУ, военной разведкой, вооруженными силами США, но и по линии Госдепартамента, других государственных ведомств, а также союзников США.

           Между тем, в сентябре 1981 г. Политбюро ЦК КПСС одобрило предложение министра иностранных дел А.А. Громыко, поддержанное министром обороны Д.Ф. Устиновым и председателем КГБ Ю.В. Андроповым, о начале дипломатического процесса, который позволил бы создать условия для вывода советских войск из Афганистана. Это предложение реализовывалось по линии афгано-пакистанских переговоров. В 1982 г. в Женеве при посредничестве заместителя генсека ООН Диего Кардовеса начались прямые афгано-пакистанские переговоры по нормализации отношений между этими государствами. Они неплохо шли до поры до времени, но потом фактически застопорились. Виновником стал американский лидер. 

           Летом 1982-го состоялся визит Рейгана в Европу. 8 июня он выступил в британском парламенте и среди прочего заявил следующее: «Сейчас существует реальная угроза нашей свободе. Более того — самому нашему существованию. Предшествующие поколения никогда не могли даже вообразить себе возможности подобной угрозы… Именно Советский Союз идет против течения истории. Сегодня мы на одной стороне фронта — на стороне НАТО. Наши вооруженные силы стоят лицом на восток, чтобы предотвратить возможное вторжение».

         Эти слова, произнесенные сорок с лишним лет назад, сегодня, в разгар обострения отношений с «Коллективным Западом», звучат по-прежнему актуально. 

        По линии Госдепартамента операцию «Циклон» курировал Ричард Кларк, который тесно взаимодействовал с Пентагоном. В мемуарах, изданных в 2002 г., он констатировал, что группа аналитиков, работавшая под его руководством, сделала вывод: к 1984 году успех в вооруженной борьбе стал склоняться на сторону Кабула, и если так будет продолжаться, то силы антикабульской оппозиции в 1985 г. ждет полный разгром. 

         После сообщения Кларка об этом министру обороны были приняты беспрецедентные решения. Одно из них — о снабжении моджахедов новыми переносными ЗРК Stinger. Кроме того, Штаты организовали поставки им и другого современного вооружения, а также наладили передачу данных своей воздушно-космической разведки для планирования боевых действий на территории Афганистана.

            «Стингеры» давали бесплатно, но с условием, что афганцы должны отчитаться о каждом пуске: где, когда, при каких условиях он произведен, каков результат, поражена цель или нет. Едва советскому командованию стало известно, что у повстанцев появились такие ПЗРК, сразу была поставлена задача перед военными подразделениями, находящимися на территории Афганистана, захватить образец данного оружия. Уже в сентябре 1985-го два трофейных экземпляра отправили в Москву.

К моменту вывода советских войск из Афганистана в 1989 году на руках у моджахедов оставалось около 2 500 «Стингеров». Поскольку эти зенитные комплексы могли  быть с успехом использованы для террористических акций, американцы предприняли попытки выкупить оставшиеся «Стингеры»  у «воинов Аллаха». Однако им удалось в итоге вернуть лишь примерно 400 штук. Оставшиеся на территории Афганистана «беспризорные» «Стингеры» потом не раз стреляли в других местах — в Африке, на Филиппинах…

          Еще в мае 1988-го были достигнуты принципиальные договоренности о выводе советских войск из Афганистана. Действительно, вскоре отдельные подразделения начали возвращать в Союз, и была определена примерная дата вывода всего контингента:  не позднее февраля 1989 г.  Однако, хотя тогда уже провозглашался едва ли не апофеоз разрядки, дружественных отношений СССР с Западом, несмотря на это, американцы скрыто попытались убедить моджахедов в том, что нельзя позволить армейским подразделениям  с честью и достоинством покинуть территорию Афганистана, следует организовывать нападения на колонны уходящих войск, совершать диверсии. Впрочем, несмотря на все приложенные «той стороной» усилия, коварные планы осуществить все же не удалось.

         Уход нашего ограниченного воинского контингента был не бегством, как это продемонстрировали американцы в Сайгоне в 1973 г., и как мы мы могли наблюдать это при эвакуации тех же американцев из Кабула в конце августа 2021 г.

          Для подразделений Ограниченного контингента Советских войск это был походный марш. Он прошел совершенно спокойно, в том числе благодаря достигнутой договоренности с теми руководителями оппозиции, которые контролировали Северный Афганистан. Да, с чиновниками кабульского режима у них были свои разногласия, их пытались решать при помощи вооруженной борьбы. Но по отношению к советским подразделениям они вели себя достаточно корректно, не шли на обострения.   

          Это говорит о том, что наша цель — достойное осуществление вывода войск — была успешно осуществлена.

         В целом, подводя итог программы ЦРУ «Циклон», несмотря на то что она продолжалась 10 лет и при этом был израсходован колоссальный бюджет, нельзя говорить, что она достигла всех своих целей. Почему?    

            Потому что ограниченному контингенту советских войск не было нанесено поражение на поле боя. Наши полки просто ушли с территории Афганистана в соответствии с дипломатическими соглашениями, достигнутыми в Женеве.

          Хотя «Циклон» дал и некоторые желательные его организаторам результаты, усугубив экономическое положение СССР. Однако, подчеркну, наша страна вышла из афганской эпопеи с наименьшим для себя ущербом. Имиджевых, политических потерь, по сути, удалось избежать. Впрочем, моральные потери — то, что наш союзник оставлен без дальнейшей поддержки — все-таки были. Но это уже проблемы, связанные с изменением политической ситуации в самом Советском Союзе в 1990 – 1991 годах.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.